Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 776

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Поиск





Воскресенье, 28.Май.2017, 12:34
Приветствую Вас Гость | RSS
bsi63.ucoz.ru
Главная | Регистрация | Вход
Каталог статей


Главная » Статьи » Статьи о птицах » Значение и этимология русских названий хищных птиц

ЗНАЧЕНИЕ И ЭТИМОЛОГИЯ НЕКОТОРЫХ РУССКИХ НАЗВАНИЙ ХИЩНЫХ ПТИЦ И СОВ ФАУНЫ РОССИИ

     Проблема этимологии русских названий птиц отечественной фауны и сопредельных государств в публикациях орнитологов освещена сравнительно слабо. За время существования регулярных орнитологических исследований в России середины XVIII века и до наших дней орнитологи используют для обозначения объектов своих наблюдений вошедшие в традицию латинские, русские литературные или местные диалектные названия птиц. В последнее время наряду с латинскими русские названия вошли в специальную, научно-популярную и художественную литературу. Многие из них стали интернациональными, так как используются не только русскоязычными специалистами, но и носителями языков многочисленных народов, населяющих Россию и сопредельные с ней территории. 
    Несмотря на широкое употребление традиционных русских названий птиц, смысловое значение многих из них, а тем более их происхождение, полузабыты или полностью утрачены. Ряд названий сильно изменен влиянием просторечья, диалектов и огласовок. Такие измененные названия, потеряв свой подлинный смысл, существуют сегодня только как коды, сочетание букв, условно обозначающие тот или иной вид птиц. Не только биологи, но и другие специалисты учитывают эти названия, ассоциируя их чаще всего только с внешним обликом птицы. Однако, возникшие в языке в глубокой древности, названия птиц (и других элементов живой природы), являются важным элементом культуры народа и несут в себе информацию о характерных особенностях каждого вида. Эта информация сохраняется в сознании людей на протяжении длительного времени и способствует образованию необходимых ассоциативных связей между названием и типичными чертами биологии животных. К сожалению содержащаяся в названиях птиц информация из-за общего низкого уровня естественноисторической культуры населения в наше время почти утрачена. 
      Фундаментальные исследования в области русского языка, проведенные в течении последнего столетия и отраженные в таких всеобъемлющих изданиях, как "Толковый словарь живого русского языка" В. И. Даля (1882), "Этимологический словарь русского языка" А. Г. Преображенского (1910-1918, 1959), переведенный на русский язык и отредактированный О. Н. Трубачевым и Б. А. Лариным, "Этимологический словарь русского языка" М. Фасмера (1964-73; 1996), "Историко-этимологический словарь современного русского языка" П. Я. Черных (1994), и ряд других исследований уделяют названиям птиц (как, впрочем, и других живых организмов) слишком мало внимания, а приводимая в этих изданиях информация часто крайне скудна и запутана. Часто это связано с исторически сложившимся и сформированным в условиях христианства пренебрежительно-негативным отношением к природе и вытекающим из этого механистическим подходом в решении этимологических проблем. Часто этимология названий птиц объясняется авторами без использования сведений по биологии, что влечет за собой непонимание и игнорирование важных семантических связей и закономерно приводит исследователей в смысловой тупик. В то же время рядом орнитологов были приняты попытки исследования этимологии русских названий птиц. К сожалению, и они оказались мало эффективными, так как велись без привлечения специальных лингвистических и исторических знаний, без использования специальной литературы. Как правило, результаты этих изысканий ограничивались ссылками на звукоподражание или вообще обходили наиболее сложные случаи. 
      Образование названий путем копирования людьми звуков, издаваемых птицами, вне сомнения, существует у разных народов и используется в случаях, связанных с характерными вокализациями птиц ("ку-ку" — кукушка, "тинь-тянь-тень" — теньковка и т. п.). В других случаях, для птиц с менее характерными вокализациями, как считают этимологи (Булаховский, 1948) звукоподражание используется сравнительно редко и сохраняется лишь в местных, узкотерриториальных диалектах. Примерно так же обстоит дело со звукоописывающими названиями, такими, как например, "трещотка", "свистун", и подобными. 
     Изучение происхождения названий птиц, с привлечением к знаниям об их экологии, поведении, данных лингвистики, истории, мифологии и фольклора, показывает, что названия многих видов в русском языке возникли в глубокой древности, в эпоху языковой индоевропейской общности, а не заимствованы из греческого или латинского, как считают некоторые авторы, именно поэтому они схожи у этнически родственных народов. Основой их возникновения служат наиболее важные, информативные для человека, особенности биологии и поведения и по этой причине названия птиц, как и других объектов природы, являются важными элементами культуры народа, во многом забытой и подменяемой так называемой античностью. Так, например, названия некоторых представителей семейства врановых — ворон, ворона, сорока и др. Происходят от праиндоарийского корня *or (ar, er.), имеющего весьма важное, полифункциональное значение. От этого корня происходит множество слов во всех языках индоиранской языковой группы, и от него же возникли названия многих, так же очень информативно важных, сначала тотемных, а затем религиозно значимых, птиц: "орел", "коршун" и т. п.. 
     В настоящем исследовании хищных предпринимается попытка выяснения этимологии и значения некоторых общеупотребимых названий хищных птиц и сов фауны России и сопредельных территорий. Основным ориентиром при отборе слов для исследования стали названия, используемые в сводке "Конспект орнитологической фауны СССР" (Степанян, 1990). Объединяя современные данные по экологии со сведениями из специальных этимологических исследований славянских, тюркских, угро-финских и некоторых других языков, оказавших влияние на формирование современных русских названий животных, используя некоторые материалы по мифологии и фольклору народов Евразии, мы попытались восстановить исходные корни и смысловую нагрузку, послужившую основой для образования существующих в настоящее время названий птиц. 
В целях облегчения работы с приведенным списком, названия приведены не в систематическом, а в алфавитном порядке.

БАЛУБАН - название крупного сокола (Falco cherrug.). Схожее название БАЛАБАНЪ отмечено, в словаре А. Г. Преображенского (1959), в значении "большой ястреб", как сибирское диалектное. Этимология названия, применительно к одному из видов благородных соколов в специальной литературе отсутствует. Авторы сводки "Птицы Советского Союза" считают, что это слово было неизвестно до XVIII в. и указывают, что оно происходило от персидского названия птиц. Иранские сокольники называют этих мигрирующих птиц balaban, а птиц гнездящейся популяции sharg (шарг). Слово шарг близко к индийскому их названию "cherrug", от которого образовано видовое латинское (Дементьев, 1951). Скорее всего, слово для русского названия этого охотничьего сокола заимствовано из тюркских языков, где существует ряд слов сходного звучания и близкой семантики - balaban в значении "большой" и balban — "силач", "борец" (Юдахин, 1965). На наш взгляд, более точное значение этих слов — "поединщик".

БЕРКУТ - название крупного орла Aquila chrysaetus. Считается, что, скорее всего, в русский слово "беркут" (буркут, бюркют) пришло из тюркских языков, - староузбекского (чагатайского) - bцrkьt, или восточно-тюркского (казахского) - bьrkьt. В киргизском - беркут, в татарском - bircut, в телецком - mцrkьt, mьrkьt, в монгольском - bьrgьt (М. Фасмер, 1996). Наличие в слове праиндоевропейского корня *er (or, ar) в возможном значении божественный, схожесть названий птицы в ряде славянских языков: - украинском - беркут, польском - berkut, bircut, тюркских и ряде других языков, высокий ранг в мифологии большинства евразийских народов, свидетельствует о глубокой древности слова. В частности, в доисламской мифологии туркмен представлено божество Буркут-баба (Буркут-дивана - дословно Буркут - высший бог) - властелин облаков, молнии и дождя, равный по положению самому Аллаху (Басилов, 1994). Корень *er (ar, or) сближает слово "беркут" со словом "орел" и словом "ворон". Очевидно, что детали мифологического образа Буркут-боба сближают его прообраз - орла, с вороном и эти элементы мифологии восходят к эпохам раннего и среднего палеолита. На глубокую древность происхождения слова указывает и то, что у жителей Уэльса для обозначения крупных хищных птиц существует слово "bargud" (Дементьев и др., 1951), сходство которого с "беркут" явно не случайно и возникновением связано с эпохой индоевропейской языковой общности народов. 

ГРИФ - название относится к так называемым "книжным заимствованиям", то есть занесено в русский язык через литературу. Принято считать, что название происходит от латинского "gryps" и восходит к древнеиндийскому 'garutmant" - гриф (Фасмер, 1996). В восточной мифологии грифы считаются прообразом птицы гаруда. Считается также, что представленные в греческой мифологии грифоны - чудовищные мифические существа с орлиным клювом и телом льва - имеют своим прообразом грифов. На наш взгляд, подобные мнения не достаточно убедительны, так как существующие изображения "грифонов" не имеют общих, характерных черт с настоящими грифами. В то же время, характерной чертой всех грифов Старого Света является сравнительно тонкая, лишенная оперения и покрытая коротким пухом шея - резко контрастирующая с мощным телом и крупными крыльями птицы, а так же своеобразный воротник из перьев в основании шеи. Именно выступающая тонкая шея и "ожерелье" или "воротник" на ней являются наиболее яркими чертами и должны были, в восприятии древних людей, служить основой названия птиц. Скорее всего, название происходит от общеславянской основы "griva" с корнем *gr, а родственными ему являются такие слова, как "грива" в значении шея, общеславянское grivьna и русское "гривна" - украшение шеи, а так же древнее русское гърло, болгарское гърло, сербохорватское грло, словенское grlo - "шея, горло" и т. п., что и дало в результате греческое gruj - "гриф". Как указывает П. Я. Черных (1994), общеславянская основа восходит к индоевропейскому *guriua в значении "шея, пасть", близко по значению с древнеиндийским griva - "шея, затылок", и авестийским (Авеста) griva - "затылок". Отмечается так же близость общеславянской основы и образованных от нее слов с такими основами, как "жерло", "глотка", "поглощать", также указывающих на одну известную особенность грифов - при возможности, наедаться падали до потери возможности полета. Проглоченные птицами крупные кости подчас торчат из глотки. Возможно так же, что семантически, как и фонетически, *gr сближается с праиндоевропейским корнем *kr, близким корню *or (er, ar) "garutmant" - и также имеющим смысл божественный, высокий - связанный с потусторонним миром, а кроме того - солнечный, огненный, жаркий. От этого корня в современных индоевропейских языках возникли слова, связанные, в частности, с погребальными обрядами, которые в ряде древних религий, например, в верованиях парсов, прямо связаны с птицами - хищниками и падальщиками. По этой причине корень *kr присутствует в названиях ворона и многих хищных птиц в ряде языков индоиранской семьи.

КАНЮК - название хищной птицы (см. также САРЫЧ) - в древнейшем славянском языке название существовало в варианте "kanja" (Булаховский, 1948). Предлагаемая словарями этимология этого названия чаще всего связывается с характерным жалобным криком птиц (канючить - жалобно клянчить, донимать просьбами). Семантически близкое название, отражающее жалобный крик, имеет птица и в ряде других языков, так, в германских языках она называется buzzard или bussard от старонемецкого Bus-aro, что значит "мяукающий орел" (Дементьев и др., 1951). 
В то же время, в русском языке происхождение названия может быть иным. Возможно, слово "канюк" исходно звучало как "канук" и было связано с древнерусским "канути" в значении "падать". Падение на свою жертву - характерная черта поведения канюков во время охоты.

КОБЧИК (КОБЕЦ) - название сокола Falco vespertinus, отмеченное в древнейшем славянском, встречается как "коbьсь" (Булаховский, 1948). В украинском - кобец, в болгарском - кобец, словенском - kobec, skobec, польском - kobiec - кобчик, албанское - shkabe в значении орел, коршун. Окончание 'чик", традиционно в русском языке, указывает на уменьшительное значение от некоей формы *коб, (kob), а наличие в карельском и вепском habuk - "сокол", в финском havukka, haukka, в древнем верхненемецком habuh, habich, habech, в современном немецком habicht - ястреб, в английском hobby - чеглок (уменьшительное от hob), в латинском capus - ястреб, в этрусском - capys, указывает на значительную древность основы *kob (hob, hop, kop) в значении хищная птица. Макс Фасмер (1996) приводит вариант "кобуз" - сокол. Таким образом, русское "кобчик" уменьшительное от древней основы "коб" - сокол, дословно "маленький сокол, соколок".

КОРШУН - название, видимо, очень древнее. Русское коршун, коршак, украинское, болгарское коршун, коркун, словацкое krsak, krso - коршун, эстонское harksaba - коршун, скорее всего, восходящее к авестийскому (Авеста) - kahrkasa "коршун" и так же, как названия других хищников, содержащее корень *or (ar, er). Возможно, что слово коршун является результатом огласовки сходного названия хищной птицы крачунъ, приводимого В. И. Далем (1882) (без объяснения источника заимствования и этимологии), как "заморск. хищная птица Circaёtus (змееяд), близкая к орланам, питается гадами". Важно отметить, что коршун и змееяд довольно схожи внешне, имеют схожие по размеру и форме крылья, а также схожий спектр питания - снулая рыба, амфибии, рептилии. Возможно, что корни названия находятся, скорее всего, в тюркских языках, т. к., например, в казахском имеется близкое по звучанию слова "карчага" - в значении ястреб, в языке крымских татар карчея - в значении небольшой орел, в татарском karsyga - ястреб, в телеутском - karsiga, чагатском, сагайском - karсiga, karsigai, - в том же значении (Фасмер, 1996).

КРЕЧЕТ - название сокола Falco rusticollus, известное из церковно-славянского - кречет и отмеченного в "Слове о полку Игореве" (XII в.). В схожем варианте встречается в украинском - кречет, польском krzeczot (Фасмер, 1996). Существование названия в живом языке русских, живущих по Печере и Тиману и наличие сходного названия в старовенгерском "керчкт" или "керечен" указывает на значительную древность возникновения слова (Дементьев и др., 1951). Происхождение названия, предлагаемое этимологическими словарями, весьма туманно и сомнительно. Скорее всего, название очень древнее и представляет собой сложное слово, состоящее из двух корней "кр" ("кер") и "чет". По этой же аналогии в русском, образовано "че"-"чет" - самец чечетки и "ко"-"чет" - кочет - петух, (то же в польском "koczot" (ko-czot). На наш взгляд, название происходит от праиндоарийского корня *kr в значении божественный. От этого корня в египетской мифологии образовано имя одного из высших богов, которое транскрибируется в латыни как Kr, а в русском варианте известно как Гор - божество властитель неба и высоты с головой благородного сокола. Вторая половина слова "чет", в русском языке указывает на принадлежность к мужскому роду - "кре-чет, ко-чет, че-чет". На значительную древность слова указывает, например, и схожесть русского кречет с монгольским - kyrиyt, в значении "ястреб" (Фасмер, 1996).

НЕЯСЫТЬ - название встречающееся и в древне-русском neyasit и в церковнославянском - не( )сыть, и считается книжным заимствованием из греческого. Несмотря на упоминание этого слова в церковнославянских текстах этимология его не ясна. Как считает Л. А. Булаховский (1948), оно образовано из отрицания "не", соединения "я" и слова "сыть" в значении "пища, еда". В этом варианте название понималось как "ненасытный, хищный" и сближалось с древним названием одного из порогов Днепра - Neasht (Фасмер, 1996). Синоним неясыть - прожорливый, по мнению этимологов, сохраняется и более позднее время. Словарь В. И. Даля (1882), представляя понимание слова во второй половине XIX в., указывает, что название обозначает: "птица баба // Видъ пугача, филина. // Сказочная, прожорливая, ненасытимая птица". 
Однако, видимо, этимология этого названия несколько иная. Для понимания происхождения сова "неясыть", как названия сов рода Strix, важно отметить, что в лексиконах XIV-XVI веков, использовавших церковно-славянский язык, название относится к целому ряду птиц, в частности, к пеликану, ворону, филину, сове, ястребу. На наш взгляд, церковно-славянское не( )сыть, видимо, пришедшее из греческого (от - "sht") с библейскими текстами, следует понимать как "не пища, не съедобное" - животное, которое нельзя есть. На это указывает наличие в старославянском языке самостоятельных слов, таких как "сыть" - пища, "ясти" - есть, пожирать, церковно-славянского "ясти, яство" - есть, еда и т.п., которые в сочетании с отрицанием "не" могут иметь упомянутое значение. На существование запрета употребления в пищу разных "неясытей" прямо указывает Библия в книге "Левит": 
11 Всякую птицу чистую ешьте. 
12 Но сих не должно вам есть из них: орла, грифа и морского орла, 
13 И коршуна, и сокола, и кречета с породою их; 
14 И всякого ворона с породою его, 
15 И страуса, и совы, и чайки и ястреба с породою его, 
16 И филина, и ибиса, и лебедя, 
17 И пеликана, и сипа, и рыболова, 
18 И цапли, и зуя с породою его, и удода, и нетопыря. 
Очевидно, с переходом к христианству, запрет на употребление в пищу тех или иных животных, зафиксировался в языке, как имя собственное, а позже, сохранившееся слово неясыть, т. е. не пища, стало именем собственным и закрепилось сначала за всеми совами, а позже перешло, как название, на сов рода Strix - Strix aluco - серую неясыть, Strix nebulosa - бородатую неясыть и других родственных птиц. И так, неясыть дословно "не еда".

ОРЕЛ - обобщающее название крупных хищных птиц, принадлежащих к семейству Accipitridae - ястребиных, роду Aquila - орлы. Практически без изменений слово "орел", существующее во многих языках индо-европейской языковой семьи. В древнейшем славянском оно встречается в варианте "оrьlъ" (Булаховский, 1948), в украинском орел, в болгарском - орел, в сербохорватском - орао, в словенском и чешском - orel, в словацком - orol, в польском - orzel, в верхнелужицком - worjol, в нижнелужицком - jerel, в литовском - erмlis, в латышском - мrglis, в древне-прусском - arelie, средне-бретонском - erer, в корнском (кельтском) и бретонском - er, в готском - ara, в древне-верхне-немецком - aro, arn, Aar "орел", в греческом - orniz, в хетском - hara, harana (Фасмер, 1996), в шотландском Erne, в скандинавском Orn (Дементьев и др., 1951). Такая общность указывает на весьма древние корни и на то, что своим происхождением название восходит к индоевропейскому корню *or, (ar, er) (Черных, 1994), в значении "высший, божественный". Сходное высокое сакральное значение птицы и слова, ее обозначающего, сохраняется, например, в тюркских языках, так, в ново-персидском слово aluh (алух) весьма близкое к "allah" Аллах, имеет значение "орел".

ПУСТЕЛЬГА - название мелкого сокола Falco tinnunculus - обыкновенная пустельга и Falco naumanni - степная пустельга. Слово в весьма схожих вариантах представлено в целом ряде славянских языков: в украинском пустельга, в диалектных формах русского пустольга, пустерга, в словенском - postуlca, в чешском - potolka, в польском - pustolca или pustulca. Словарь В. И. Даля относит название к словам, образованным от слова "пустой", в значении ничтожный, неинтересный, вздорный; применительно к птице "Ястребокъ, Falco tinnunculus, который ловитъ только мышей и насекомыхъ" (1882). Этого же мнения придерживается и Г. П. Дементьев (1951), указывая на непригодность пустельги к соколиной охоте. Этимологические словари или не содержат этого названия, или также производят его от слова "пустой" (неинтересный, бессмысленный) или "пустынный" (Преображенский, 1959; Фасмер, 1996). 
Однако, кажется странным то, что, хотя для охоты использовались, как правило, чаще крупные, благородные соколы, название, связанное с ненужностью, закрепилось только за пустельгой, хотя в охоте на мелкую птицу пустельга иногда используется, как и другие мелкие представители рода. На наш взгляд, происхождение названия птицы связано с особенностями ее биологии, точнее, с наиболее яркой чертой поведения птиц, - способом и местом ее охоты. Для охоты пустельга выбирает открытые пространства, традиционно используемые человеком для выпаса скота. Во многих индоевропейских и, в частности, в славянских языках, слова, связанные с процессом пастьбы и питания скота, производятся от основы *pas (пасти, пастбище, пастух и т.п.). Скорее всего, от этой же основы происходит и название птицы, охотящейся на пастбищах. Важно отметить, что в древнеиндийском языке слово pбЗyati имеет значение "смотрит", а авестское spasyeiti - "высматривает", латинское specio - "смотрю", древневерхненемецкое spehфn "высматривать", албанское pashё - "я видел" (Фасмер, 1996). Именно зависая в воздухе и высматривая добычу, охотится пустельга над лугами. Таким образом, исходно название формировалось от основы "пас", звучало изначально, видимо, "пастельга" или как-то схоже и имело значение "высматривающая". Интересно отметить, что обитающие в общих с пустельгой биотопах жаворонки имеют в тюркских языках весьма схожие названия: в хакасском постаргай, в алтайском босторкой, в ногайском бозторггъай - "жаворонок". Скорее всего, такая схожесть названий зависающих над пастбищем жаворонка и пустельги не случайна и указывает как на значительную древность происхождения обоих названий, так и на связь с определенными особенностями местообитаний и поведения птиц (см. жаворонок).

САПСАН - название крупного сокола Falco peregrinus, появившееся в русской зоологической литературе со второй половины XIX в. Словарь В. И. Даля (1882) и основные этимологические словари русского языка этого слова не содержат. По мнению Г. П. Дементьева (1951), слово сапсан заимствовано в русский язык из калмыцкого.

СИП - название рода Gyps и вида крупной хищной птицы, падальщика Gyps fulvus. В этимологической литературе русское название считается звукоописательным, происходящим от слова "сипеть" (Преображенский, 1959), и, яко бы, описывающим характерный крик, издаваемый птицами. На наш взгляд, более приемлемым является предположение, что оно возникло как калька с латинского Gyps в значении светлый, белый (отсюда и название белого строительного материала "гипс") на русское Сип. На эту мысль наводит то, что в языках народов, живущих на территориях обитания сипа, главной отличительной чертой птиц является светлая окраска, а не голос, схожий со звуками, издаваемыми и другими хищниками. Так, в переводе с латинского Gyps - цвета гипса (белый), в киргизском сип - "ак-каджир" - дословно, "белая известь", то же звучание и значение имеет слово "ак-каджир" и в арабском.

СИПУХА - название совы Tito alba, рода Tito и семейства Titonidae (Сипуховые). Этимологические словари и словарь В. И. Даля не содержат данное название. Скорее всего, оно возникло как звукоописательное, передающее характерный голос птиц - сиплое, шипящее дребезжание.

СКОПА - название. Этимология которого, имеющаяся в специальной литературе, туманна и весьма запутанна. Кроме общеупотребимой сегодня формы скопа оно отмечается словарями русского языка, применительно к птице, в варианте "скопец" (муж. р.), в украинском скопа, в словенском - skуpec, род. пад. Skopca. Некоторые этимологи отождествляют скопа с кобец (кобчик), однако мы, как и М. Фасмер (1996), считаем это весьма маловероятным. 
На наш взгляд, свое название птицы получили за светлую часть оперения верха головы, резко контрастирующую с общим темным фоном спины. Голова птицы как бы "обрита" или "ободрана" (скальпирована) и напоминает тонзуру католических монахов. Эта особенность выделяет скопу и делает ее хорошо узнаваемой среди других хищных птиц. Собственно слово происходит от общеславянского корня *skopiti, который, в свою очередь, восходит к индоевропейскому *(s)kob(h) в значении "скоблить" или "kapoti" - сдирать. В древнейшем славянском языке оно отмечается в варианте *skopъсъ (Срезневский, 1893), то есть речь идет о внешнем сходстве головы птиц с головой монахов. 
Еще одна версия выводит название "скопа" от греческого zkoreo - наблюдаю, смотрю, и связывает возникновение названия с высматриванием птицей рыбы в момент охоты. Скорее всего, и эта версия малоприемлема, так как "высматривание" добычи - характерная черта охоты многих пернатых хищников (пустельга, канюк), а происхождение от греческого корня относит название к церковно-славянскому языку, делая его более молодым в историческом плане.

СОВА - обобщающее название группы ночных хищных птиц, имеющих схожий облик, хотя и сильно различающихся размерами. Слово послужило основой названий отряда Совообразные - Strigiformes и семейства совиные - Strigidae, в состав которого входит 11 родов, представленные в фауне нашей страны 17 видами. 
Известное в древнеславянском языке в варианте "sova" (Булаховский, 1948), оно, практически без изменений, присутствует в большинстве славянских языков: в украинском - сова, в сербохорватском - сова (сцва), в словенском - sуva, в чешском и словацком - sova, в польском - sowa, верхне и нижнелужицком - sowa, в полабском - sыwу, что указывает на значительную древность происхождения от общеславянской основы *sova, (Черных, 1994; Фасмер, 1996). В древнерусском языке слово отмечается с XI в. "сова" (Срезневский, 1893). Приводимая словарями этимология весьма запутанна и не всегда убедительна. На наш взгляд, интересно предлагаемое П. Я. Черных (1994) сближение основы *sova с индоевропейским звукоподражательным корнем *kдu (kгu), дающим литовское kaыkti - в значении "выть", "гудеть" (Черных, 1994), фонетически близкое с английским kow - корова, древненемецком hыwo - сова (Фасмер, 1996), которое, в свою очередь, сближают с латинским Bubo - "филин", от "bu", в значении "большой', "коровий" и с древнеиндийским Збvas - "сила", Збvi-thas - "самый сильный", авестским sava - "сильный, могущественный" (Фасмер, 1996). Возможно, изначально праформа *sova соответствовала именно самому сильному (крупному) "филину' и позже было перенесено на всю схожую морфологически группу. 
Другой возможный путь образования названия связывает основу *sova с греческим Sojia - София (Софья) - мудрая. Общеизвестно, что в греческой мифологии Софья и сова были символом (олицетворением) мудрости и знания. Богиня Афина в знак мудрости именовалась "совоокой" и одним из ее символов была сова. Эти взгляды сохраняются и в ветхозаветной традиции, где понятие премудрости приобретает личностный облик: самораскрытие бога должно было принимать характер "лица" или "как бы лица" (Мифы народов мира, 2, 464, 1994) - сова с ее характерным лицевым диском постепенно превращается в антропоморфную Софию (читай Sjvia). В славянской традиции, в частности в литовской мифологии, среди высших божеств отмечается "Совий" - бог, связанный с потусторонним миром, гаданием и мудростью. Таким образом, название сова приобретает значение "мудрая".

СОКОЛ
- название известное в древнем славянском языке в варианте "sokolъ" (Булаховский, 1948). В большинстве славянских языков оно сохраняется практически без изменений: белорусское - сокол, украинское - сокiл, древне-русское, церк.славянское - соколъ, болгарское - сокул, сербохорватское сокф, словенское - sуkol, чешское и словацкое - sokol, польское sokу верхне и нижнелужицкое soko, литовское sгkalas, что указывает на глубокую древность происхождения. Этимология не совсем ясна и предлагаемые этимологическими словарями варианты малоубедительны. На наш взгляд, это название происходит от пра-славянского словосочетания so-kol - "so" - в значении "как, подобный", "kol" - "солнце, круг" в целом "как солнце, солнцеподобный". Мифология многих евразийских народов связывает этих птиц с высшим солнечным божеством. Название одного из видов так называемых благородных соколов "кречет" (см.), в русском языке имеет общий корень с названием высшего из божеств египетского пантеона бога солнца "Hr" (в русской транскрипции Гор). Близкий вариант встречается в арабском - sakr "охотничий сокол", но буквально то же "са" - как, "kr" - Кр, Гор, солнце; отсюда итальянское sagro, каталонское, испанское, португальское - sacre (Фасмер, 1996), французское sacret, немецкое - Sacker Falke -балобан, отсюда же вариант "сокол" от латинского корня *sac, (sacri) - в значении сакральный, священный, обрядовый, ритуальный и другие варианты в родственных языках в том же значении. 
Другие варианты этимологии слова "сокол", в частности, происхождение от и.е. корня *sok в значении - следовать, преследовать предлагаемое словарем П. Я. Черных (1994), вряд ли приемлемо. Скорее это вариант использования индоевропейского корня является вторичным, исходно образованием от вышеприведенного "kr" и связанного с использованием хищных птиц в охоте.

СЫЧ - название, обобщающее несколько родов и видов мелких сов. В древнейшем славянском языке название представлено в варианте "sytjь" (Булаховский, 1948), хотя в памятниках древнерусской письменность оно не засвидетельствовано. В начале XVII в. его отмечают как "zпch" в ряду с другими названиями сов (Черных, 1994). В славянских языках слово звучит довольно схоже: в украинском - сич, в болгарском - цiцъ, в чешском syc, syиek. Слово отмечено в словаре В. Даля и в основных этимологических словарях, однако, предлагаемые варианты его происхождения от основы в значении "шипеть" вряд ли приемлемы. Среди вокализаций сычей шипение, пожалуй, один из самых редких звуков, который птица издает лишь в крайней степени испуга. Свидетельством этого может служить , например, звукоподражательное название в болгарском языке - "кукумяака", копирующее некоторые варианты криков этих сов. 
На наш взгляд, название, скорее всего, близко с церковнославянским сысати в значении "свистеть" (Фасмер, 1996). Именно свисты являются наиболее распространенными звуками сычей и в этом плане название "сыч" уместно сблизить со словом "суслик, сусел" - названием зверька, для которого свист так же основная форма вокализации. Таким образом, название "сыч" возникло как звукоподражательное и в буквальном смысле значит "свистун".

ТЮВИК - название мелкого ястреба Accipiter badius. То, что это слово отсутствует в словаре В. Даля и этимологических словарях русского языка наталкивает на мысль о его диалектном происхождении. Скорее всего, название возникло как звукоподражательное, копирующее вокализацию птиц, представляющую собой протяжный свист.

ФИЛИН - название самой крупной совы Bubo bubo, все существующие варианты этимологии которого недостоверны (Фасмер, 1996). В русском языке название в варианте jelпn, среди названий сов засвидетельствовано книжно с XVII века, хотя в качестве прозвища "Кузьменко Филин" известно с 1491 г. (Черных, 1994). Наиболее интересным вариантом этимологии этого названия является гипотеза, предложенная в этимологическом словаре П. Я. Черных (1994) - от общеславянской основы *kviliti или *kvilмti, близкой к украинскому "хвиля, хвиль" в значении "вьюга, метель" (воющий ветер), "квилити" - жалобно кричать (о птицах), к чешскому - kvileti "завывать, выть". То есть, название возникло как звукоописательное, сравнивающее крик филинов с воем ветра, завыванием вьюги и т. п. "квилити, хвиля, филин". Позже корень "хвил" на русской почве перешел в "квил" и "фил". 
На другой вариант возникновения наталкивает сравнительно позднее появление слова в русском языке, существование других названий, по Далю: "пугачъ", "дивъ", "сиринъ" и схожесть "jelпn" с латинским feles (felis) - "кошка" и felinus - "кошачий". Важно отметить, что В. И. Даль указывает в своем словаре: "ученые делят семью эту на совъ, сипух, пугачей, неясытей, филиновъ, сычей, канюкъ и сириновъ", то есть понятия "филин" и "пугачъ" ранее разделялись. Собственно виду Bubo bubo скорее всего, исконно соответствовало понятие "пугачъ". Это название встречается в других славянских языках (украинское "пугач", белорусское "пугач", польское puchacz, близки так же болгарское "бухал" и сербохорватское бу-ина. Значимо так же, что все эти названия, как и латинское Bubo, начинаются со слога "бу" ("пу") - частицы, обозначающей в латинском языке "bъ" - "громадность" (Дворецкий, 1996). В то же время в славянской и христианской традиции совы сближались с вошками - сова - крылатая кошка. Это сближение основывалось на сумеречной активности обоих животных, на использовании в питании мышевидных грызунов, на известной схожести вокализаций. Возможно, что латинская основа названия кошек была использована для названия некоторых сов, а позже книжно была перенесена на филина.

ЧЕГЛОК - название небольшого сокола Falco subbuteo, встречающееся также в вариантах: "чоглокъ, чегликъ". Этимология этого названия до конца не ясна. Словарь М. Фасмера (1996), предполагая связь "чеглок" с древнерусским "чеглъ" - в значении "исконный, подлинный", объединяет его с "цhеглъ" в значении "одинокий, единственный" и далее с *иьglъ - "щегол", что бессмысленно. На наш взгляд слово "чеглок" семантически прямо связано с "чеглъ" в значении "настоящий, подлинный". В традиции охоты с ловчими птицами принято деление на настоящих - "благородных" соколов, к которым относятся кречет, сапсан, балобан и прочих, более мелких соколов (пустельга, кобчик и др.). Чеглок - хотя и уступает благородным соколам в размерах, но внешне похож на сапсана, а кроме того, его охотничье поведение сходно с поведением благородных соколов. Скорее всего название возникло как подтверждение приобщения вида Falco subbuteo к благородным, охотничьим соколам. Дословно чеглок обозначает "настоящий охотничий сокол". Интересно отмеченное словарем В. И. Даля (1882) старинное слово "челигъ" - явно семантически родственное с "чеглик", хотя утратившее звук "г", и имеющее значение "молодая ловчая птица, кречетъ, гнездарь (слеток)".

ШАХИН - название сравнительно крупного, благородного сокола Falco pelegrinoides, называемого также пустынный, или рыжеголовый, сокол. Словарь В. И. Даля и основные этимологические словари русского языка этого слова не содержат. Г. П. Дементьев (1951) указывает. Что название шахин встречается у соколятников Ирана и Индии. Скорее всего этимология названия прямо связана с новоперсидским вh в значении "царь, шах" или древнеперсидским xвyaqнya в значении "властелин". Таким образом, применительно к названию "шахин" точное его значение - "шаху принадлежащий или сокол шаха".ЯСТРЕБ - название, которое своим происхождением может быть отнесено к древнему славянскому языку, где встречается в варианте "astreb" (Булаховский, 1948). Украинское - ястрiб, яструб, сербохорватское jастриjеб - ястреб, дающее прилагательное jастребаст - "пестрый, крапчатый", чешское - jestrab, древне-чешский - jastrab, польское - jastrzab, верхнелужицкое - jatrob, и нижне-лужицкое - jastreb; интересно латинское astur - (Фасмер, 1996). Название, скорее всего, сформировано на основе древне-славянского корня *str в значении "скорость" ostrъ (стриж, стрела, стремнина, стержень). Окончание rebъ имеет значение "рябой, пестрый". Характерная черта охоты ястреба - молниеносный заключительный бросок на жертву, а поперечно-пестрый рисунок на груди общеизвестен и дает в языке прилагательное "ястребиный".И. Г. Лебедев, В. М. Константинов Московский педагогический государственный университет, Россия III конференция по хищным птицам Восточной Европы и Северной Азии: Материалы конференции 15-18 сентября 1998 г. Ставрополь: СГУ, 1999. Часть 2. C. 80-96.



Источник: http://winter-birds.narod.ru
Категория: Значение и этимология русских названий хищных птиц | Добавил: Wita (25.Апр.2009)
Просмотров: 3555 | Теги: хищные птицы, этимология названий хищных птиц, этимология | Рейтинг: 5.0/1 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Copyright MyCorp © 2017